Это один из логотипов Красного матроса. Нажмите сюда мышкой, чтобы посмотреть весь логотипарий
      ТО "КРАСНЫЙ МАТРОС"
 
     
 
     


  Обложка

 

  Об издательстве

 

  Новости

 

  Книги

 

  Книжные серии

 

  Звуки

 

  Мероприятия

 

  Авторы

 

  Где купить

 

  Ссылки

 

  О сайте

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 
"Про разведчика Рябова"
Про разведчика Рябова

Идея: Михаил Сапего. Серия "ПРО..." - книга третья
Художник - Александр Флоренский

Коллекционное малотиражное литературно-художественное издание, сделанное в лучших авангардных традициях игровой книжной иллюстрации русской школы. В основе книги народная песня про разведчика Василия Рябова, героя Русско-Японской войны, геройской смертью во славу царя и родины в плену у японцев на войне 1904 года погибшего. Книгу проиллюстрировал Александр Флоренский, в группе "Митьки" состоит под номером 3 (см. В.Шинкарев "Митьки", гл. "О составе группы художников "Митьки").




Идея: Михаил Сапего.
Концепция и дизайн: Александр Флоренский
Компьютерное обеспечение: Люба Киселева

Продюсеры:
Михаил Сапего
Дмитрий Дроздецкий

"Красный Матрос" благодарит:
Андрея Герасёва
Эдуарда Салбиева
Сергея Лазо
Сергея Колесникова

На первой странице обложки:
А.Флоренский "Подвиг рядового Рябова".
Х/м, 51 х 61, 1998 (собрание М.Сапего).

62 стр., 1999 г.
ISBN 5-7187-0248-8
Тираж: 1000 экз.

"Красный Матрос" - книга семнадцатая
    (серия "ПРО..." - книга третья)




Василий Рябов - это не какой-нибудь Рихард Зорге или Рудольф Абель, которые, прежде чем что-то "шпионское" предпринять, все-таки просчитывали возможные варианты спасения. Не таков Рябов. Он - безрассудно смелый человек. Переодевшись китайцем, Рябов проник в стан японцев, чтобы разведать их планы. Естественно, его сразу схватили и рассекретили. Потом расстреляли. Но о подвиге Василия Рябова народ сочинил песню ...

Из статьи Михаила Кузьмина :
Оcновы книжного рабовладения




Солдаты и матросы

Сперва случилось Батыево нашествие, затем Куликовская битва. Сперва был 41-й, затем 45-й год. Сперва Чечня-I, теперь Чечня-II... В этом бесконечном и трагическом ряду обратили свои взоры в направлении, указанном Михаилом Сапегой и его издательством "Красный матрос", выпустившим историческое исследование "Про разведчика Рябова". В качестве автора выступает сам Сапего, поэт - матрос - мыслитель...

Дело в том, что в начале века коварные японцы побили красивых русских матросов при Цусиме, затем они побили не менее красивых русских солдат при Ляояне и Мукдене. Красивые матросы и солдаты стали красными и чуть было не организовали 1917-й год в 1905-м. Феномен исследования Сапеги зиждется, как мне думается, на трагическом противоречии: с одной стороны Сапего, как артистически-поэтическая натура, рефлексирует на формы классического японского стиха; с другой - он, как матрос и митёк, не может простить японцам пролитой русской кровушки...

Теперь о книге. Осенью 1905 года под Ляояном рядовой Чембарского полка 33-летний Василий Рябов, переодевшись в китайское платье, проник в расположение японских частей, где был разоблачен, пойман, судим и расстрелян по законам военного времени. Перед казнью разведчик вел себя в высшей степени достойно, и японская сторона в письме русской стороне заявила следующее: "...наша армия не может не высказать искреннейшее пожелание уважаемой армии, чтобы последняя побольше воспитывала таких истинно прекрасных, достойных полного уважения воинов, как означенный рядовой Рябов". В Пензенской губернии, откуда разведчик был родом, о нем сложили песню, в которой случившееся представляется следующим образом:

"...Оделся китайцем,
для скрытия плана,
Простился и храбро пошел.
Добрался совсем
до японского стана
И тут свою гибель нашел
Узнали его и в китайском наряде,
Что это есть русский солдат..."

Сперва Сапего наткнулся на песню. Восемь лет он исследовал вопрос, ездил в Пензу, работал в архивах, встречался со старожилами и краеведами. В книгу "Про разведчика Рябова" вошли избранные, наиболее ценные находки, находки-перлы.

Оказывается, несмотря на хаос внешней войны и внутренней революции, на судьбу разведчика обратил внимание сам Николай Второй. Был учрежден комитет и стали поступать деньги на увековечение памяти героя. Ученики гимназий присылали от четырех до двадцати пяти копеек. Только через пять лет после трагедии удалось доставить на родину из Маньчжурии останки Рябова. В Пензе по дороге в деревню Лебедевка его встречали армия, священники и толпы гражданских лиц.

Обширна, как выясняется из исследования Сапеги, и библиография о подвиге разведчика. Кроме песен Сапего цитирует "Правительственный вестник" за 1905 год, газету "Пензенские ведомости", книгу Кошко "Записки губернатора", газету "Сталинское знамя" за 1943 год, книгу А.Игнатьева "Пятьдесят лет в строю"... В книге представлен и значительный вспомогательный материал - фотографии, военные карты и пр.

Думаю, никто, кроме Михаила Сапеги, не смог бы справиться с поставленной задачей. Пропитанный японским духом и русской буквой, он как бы видит историю разведчика с двух сторон. Но мы-то с тобой, читатель, с нашей односторонней позицией, к какому выводу нам прийти? Вот к какому: дабы не омрачить память о Рябове, никаких островов мы японцам не отдадим, поскольку добыты они в честном бою. Русскими солдатами и матросами. Красными и красивыми.

Владимир Рекшан
"Вечерний Петербург" - Библиотека "Этажерки"




Митьки находят русскую идею

Страна ищет национальную идею. Свой вклад в это благородное дело внесли питерские митьки. На днях в творческом центре на улице Правды, 16 издатель Михаил Сапего и художник Александр Флоренский представили свой проект о разведчике Василии Рябове. В конце сороковых годов у одной пензенской крестьянки фольклористы записали песню о местном герое, который отличился во время русско-японской войны. Солдат В.Рябов переоделся китайским крестьянином и пошел в разведку, но был схвачен противником. Перед расстрелом он заявил, что готов умереть за Отечество и за веру. Японцы сообщили о храбром солдате русскому командованию и в 1909 году его прах был перевезен в родную деревню под Пензой. М.Сапего съездил туда, собрал материалы о В.Рябове в областном архиве и издал книгу "Про разведчика Рябова". К выходу книги А.Флоренский написал картину о подвиге русского солдата.

Лев БЕРЕЗКИН
"Известия", 23.03.99г.




Михаил Сапего и Александр Флоренский выпустили книгу "Про разведчика Рябова". В предисловии автор идеи Сапего рассказывает: "Март 91-го. Еще СССР, еще Ленинград... На углу Невского и ул. Герцена захожу в "Старую книгу"... На глаза попадается "Песни и сказки Пензенской области"...

Читаю, открыв наугад: "Был Рябов воспитан крестьянской семьею..." Так вот и познакомились..." Потом Рябов уже не отпускал Сапего. В итоге - книга, включающая народную песню и материалы к биографии героя-разведчика русско-японской войны. Не простой он был человек, сложный.

Смелый, шустрый, театр любил, жену тоже любил, но и не без греха был - чужим добром попользовался. Но искупили все грехи его военные подвиги: "Как храбрый разведчик, он вызвался живо // Пробраться во вражеский стан, // И если придется пройти путь счастливо, // Разведать каков его план, // Какие он цели имеет для боя, // Где думает битву вести. // Разведавши все под ночной темнотою, // С рассветом в отряд свой прийти. // Оделся китайцем, для скрытия плана, // Простился и храбро пошел. //Добрался совсем до японского стана // И тут свою гибель нашел. // Узнали его и в китайском наряде, // Что это есть русский солдат, // И тут же при общем смятенье и гаме// Немедленно в плен был он взят."

Был расстрелян Василий Рябов, но его храбрость и честность поразили японцев, которые написали об этом русским письмо. Много собрали материалов к биографии Рябова петербургские митьки. А что здесь ложь, а что намек - вопрос праздный. Какая разница, когда это был такой герой!

Сергей Семенов




"КРАСНЫЙ МАТРОС" сошел на берег

Питерские митьки - это уже не только художники. В последнее время они стали возделывать самые разные пласты культуры: оторвавшись от мольбертов, играют в театральных спектаклях, снимают кино, записываются на музыкальных студиях, пишут философские трактаты... Есть у митьков и свое книжное издательство - "Красный матрос".

Как сказал один из создателей "Красного матроса" поэт Михаил Сапего, все почему-то убеждены, что так назвали они себя неспроста, наверняка тут прослеживается связь с революционным прошлым питерцев, когда в городской топонимике можно было встретить много чего "красного". Михаил в ответ на эти предположения только улыбается, ничего не подтверждая, но и не опровергая. Митьки - они такие, знают, что никогда так умно не скажешь, как умно промолчишь.

В печатных изданиях "Красного матроса" так или иначе запечатлели себя практически все знаковые персонажи митьковского движения: и Дмитрий Шагин, и Владимир Шинкарев, и Василий Голубев, и Борис Гребенщиков, и, разумеется, сам Михаил Сапего, пишущий стихи в стиле японской поэзии "хокку". Но речь у нас пойдет все же не о литературном наследии митьковских классиков, а о книжках несколько иного рода, за выпуск которых, кроме "Красного матроса", не берутся сейчас, насколько известно, больше никакие другие издательства.

Даже затрудняюсь, как правильно определить жанр такой литературы. Фольклористика? Литературная обработка народного творчества? Короче, время от времени митьки извлекают на свет Божий удивительнейшие истории, из поколения в поколение сохраняющиеся в народной памяти.

Вот таким образом, например, появилась книжка "Про Северный полюс". Это, как сказано в аннотации, русская сказка, рассказанная стариком-колхозником села Симы Юрьев-Польского района Ивановской области Петром Бланкиным. Обратите внимание - не просто сказка, а русская сказка, что в данном случае означает - героическая. Повествует она о том, как иностранные летчики, прознав про "крепость снежную в Ледовом океане", полетели туда за добычей со всех сторон - да только зазябли от холода и вернулись обратно ни с чем. Зато нашим летчикам, само собой, все препоны оказались нипочем, утерли они нос капиталистам. Нетрудно догадаться, что эта сказка - своеобразный привет нашим полярным летчикам 30-х годов, оригинальный литпамятник эпохи.

А вот еще одна прелюбопытнейшая "русская сказка" из серии "Про..." - книга "Про разведчика Рябова". Рассказывает Михаил Сапего:

- Однажды на углу Невского и улицы Герцена захожу в "Старую книгу". Роюсь, высматриваю... Что? Да я и сам не знаю, просто нравится перебирать книги. На глаза попадаются "Песни и сказки Пензенской области". Читаю, открыв наугад: "Был Рябов воспитан крестьянской семьею..."

Далее, продолжу уже от себя, начинается просто фантастика: заинтересовавшись, кто же таков этот Рябов, чем он так прославил себя в глазах земляков, раз о нем до революции была сложена песня, митьки ни много ни мало снаряжают целую экспедицию в Пензенскую область. Мне трудно объяснить, как можно было всерьез увлечься вот такой безумной по сути дела идеей - отыскать следы былинно-песенного героя, о котором на тот момент было известно, опять же из текста песни, лишь то, что он погиб смертью храбрых в русско-японскую войну: "Как храбрый разведчик, он вызвался живо пробраться во вражеский стан и, если придется пройти путь счастливо, разведать, каков его план... Добрался совсем до японского стана и тут свою гибель нашел".

Как бы то ни было, но Сапего и его единомышленники отправились в дорогу, свято веря - не может такого быть, чтобы на пензенской земле ничего не слышали о Рябове. И ведь оказались правы! В областном архиве хоть и удивились несказанно приезду петербуржцев, но тем не менее с удовольствием помогли найти документальные свидетельства о жизни и смерти реально существовавшего уроженца деревни Лебедевка запасного солдата Василия Рябова из охотничьей команды 284-го Чембарского полка.

В частности, вот что сообщалось в телеграмме из Мукдена от 22 сентября 1905 года, опубликованной тогда же в газете "Правительственный вестник": "...Разъезд 3-й сотни 1-го Оренбургского казачьего полка доставил однажды письмо, положенное на видном месте. Оно было написано на русском языке. Вот его подлинный текст. "Запасной солдат Василий Рябов, одетый, как китайский крестьянин, был пойман нашими солдатами в пределах передовой линии... Выяснилось, что он, по изъявленному им желанию, был послан к нам для разведывания о местоположениях и действиях нашей армии и пробрался в нашу цепь. После рассмотрения дела установленным порядком Рябов приговорен к смертной казни. Последняя была совершена 17 сентября ружейным выстрелом. Доводя об этом событии до сведения русской армии, наша армия не может не высказать наше искреннейшее пожелание уважаемой армии, чтобы последняя побольше воспитывала таких истинно прекрасных, достойных уважения воинов, как означенный рядовой Рябов. На вопрос, не имеет ли что высказать перед смертью, он ответил: "Готов умереть за Отечество, за веру". Перекрестившись, помолился долго в четыре стороны света с коленопреклонениями и сам вполне спокойно встал на свое место... Присутствовавшие не могли удержаться от горячих слез. Сочувствие этому искренне храброму, исполненному чувства своего долга, примерному солдату достигло высшего предела". Найденное письмо было подписано: "С почтением - капитан штаба японской армии".

Вот так-то! Помимо этой пожелтевшей газетной вырезки, на руках у экспедиции из "Красного матроса" оказались еще не менее десятка бережно сохраненных документов, рассказывающих о подвиге солдата Василия Рябова. О нем упоминается даже в книге АА.Игнатьева "Пятьдесят лет в строю". А в деревне Лебедевка его имя когда-то давным-давно было присвоено школе - и до сих пор она его с гордостью носит. Есть в этой школе и с большой любовью оформленный "красный уголок", посвященный Василию Рябову. Было время, когда районное начальство рекомендовало найти для увековечения в школе какого-нибудь другого героя, желательно периода Великой Отечественной войны, в которой также прославили себя немало лебедевцев. Но нет! Деревня горой вступилась за Рябова. И за могилкой его земляки ухаживают со всем тщанием, обелиск выстроили на ней с надписью крупными буквами: "Здесь похоронен герой русско-японской войны Рябов Василий Тимофеевич", цвет окрест высадили.

Листаю книгу "Про разведчика Рябова" и думаю: а ведь митьки, которых многие считают несерьезными людьми, "прикольщиками", на самом деле привносят в нашу жизнь, как никто другой, ощущение преемственности времени. Скажем, почему они так старательно возвращают из небытия старые мифы, легенды и песни, так любят покопаться в, казалось бы, давно ушедшем? Да для того, чтобы дать всем, кто не чужд русского духа, возможность увидеть себя в том же "запасном солдате" Василии Рябове. Или, допустим, в созданных митьковским воображением и кочующим у них то с рисунков в стихи, то из стихов в картины о Максиме и Федоре - отчасти нелепых, но чрезвычайно симпатичных "братках". Увидеть в высоком и, может быть, дурном.

Митьки обладают удивительным, редчайшим в наши дни даром - извлекать из всего, что видят вокруг, все самое теплое, самое человечное, самое народное. А еще у них потрясающе тонкий нюх на какие-то сочные, колоритные, неповторимые детали из прежней жизни. Вот, помню, какой неописуемый восторг вызвали однажды у "главного" митька Дмитрия Шагина увиденные им в Центральном военно-морском музее рисунки с изображением круглых броненосцев-"поповок", входивших в конце прошлого века в состав русского флота. Это были такие своеобразные плавбатареи, спроектированные вице-адмиралом А.А.Поповым, - плоскодонные, с круглыми по форме корпусами, шестью гребными винтами. Они плохо слушались рулей, были неустойчивы на курсе, сильно раскачивались при волне, а после залпа из-за отдачи орудий самопроизвольно поворачивались вокруг своей оси. Как сказано в энциклопедиях, дальнейшего развития в кораблестроении не получили.

- Елы-палы, да это же настоящее митьковское изобретение! - радовался Шагин.

Митьковская стихия - это когда что-то делается от всей души, с невероятным усердием, талантливо и с блеском, а в итоге... Впрочем, неважно, что в итоге. Для митьков понятие "нерационально" не несет негативного смысла. Наоборот! Вот, скажем, издавать такие книги, какие выпускает "Красный матрос", крайне нерационально с коммерческой точки зрения: тиражи мизерные, затраты на производство просто сумасшедшие. А ведь каким-то чудом выходят, причем в прекрасном полиграфическом исполнении, уже целая библиотечка собралась. Сейчас готовится к изданию сборник малоизвестных старинных морских песен.

Знаете, почему вопреки всей логике этот питерский "Красный матрос" уверенно держится на ногах и не собирается сдаваться? Да потому, что он сошел на берег с "круглых броненосцев"...

Михаил ЛУКАНИН.
"Красная Звезда", 2 12.2000г.




Подвиг на улице Правды

Восемь лет назад Михаил Сапего на одном книжном развале наткнулся на книгу "Песни и сказки Пензенской области". И открыв наугад книженцию, прочитал текст песни "Про разведчика Рябова". Так началась история литературного расследования жизни и "жизни после смерти" героя Русско-японской войны солдата Василия Рябова. Итогом этой работы стали книга Михаила Сапего "Про разведчика Рябова" и живописное полотно его друга митька Александра Флоренского.

"Метро", 7 апреля 1999г.




Подвиг разведчика

ЖЗЛ: героя Русско-японской войны Василия Рябова помнят в его родном селе Лебедевка

Народная песня про героя русско-японской войны раз­ведчика Рябова была запи­сана в 1949 году со слов 70-лет­ней деревенской бабушки.

Был Рябов воспитан крестьян­ской семьей,
Где свято хранили завет -
Стоять за родную Россию горой
В годину несчастий и бед.

Вызвался Василий Рябов про­браться к японцам в тыл, разуз­нать планы врага. "Оделся китай­цем для скрытия плана" черно­усый русский солдат и отправил­ся в разведку. Враг не дремал:

Узнали его и в китайском наряде,
Что это есть русский солдат.

Перед расстрелом Рябов ска­зал: "Готов умереть за отчизну, за веру, за русский народ". Японцы растрогались, расстреляли Рябо­ва и прислали в русский штаб письмо: "Наша армия не может не высказать наше искреннее по­желание уважаемой армии, что­бы последняя побольше воспи­тывала таких истинно прекрас­ных, достойных полного уваже­ния воинов, как означенный рядовой Рябов". Во время расстре­ла "присутствовавшие не могли удержаться от горячих слез. Сочувствие этому искрение храбро­му, исполненного чувства собст­венного долга, примерному сол­дату достигло высшего предела". И подпись: "С почтением, капитан штаба японской армии".

Эту трогательную историю раскопал издатель Михаил Сапего в случайно купленной книге "Песни и сказки Пензенской об­ласти". Как красный следопыт, он собрал все материалы про Ва­силия Рябова, ездил на родину героя в село Лебедевка Пензен­ской области, копался в местных архивах краеведческого музея. И выпустил 62-страничную книгу, напоминающую своей структу­рой "Литературные памятники": сама песня занимает две страни­цы, остальное - комментарии. Выяснилось, что до войны и пил Рябов, и хулиганил, и жена у не­го жила "на свой женский лад", и увел Василий у священника ко­рову, и пропил ее. Злопамятный священник отказался хоронить героя у церкви. Но, как писал гу­бернатор Пензенской губернии того времени, "высокий подвиг Рябова нисколько не должен умаляться его темным прошлым. Пример этот свидетельствует, что русский человек, как бы низ­ко он ни пал под влиянием зло­употребления алкоголем, не те­ряет окончательно драгоценных качеств своей души и, вырвав­шись складом обстоятельств из принижающего его пьяного ту­мана, способен на величайшее са­мопожертвование, глубокую веру и преданную любовь к Родине".

Есть любимый митьковский анекдот. Плывет корабль, за бор­том тонет женщина. Выходит американец; белые шорты, белая майка "Майами бич". Поигрывая мускулами, скидывает одежду, не касаясь перил, прыгает за борт, мощно рассекая волны, плывет спасать женщину, но, не доплыв 10 метров, тонет.

На палубу выходит француз: голубые шорты, голубая майка "Лямур-тужур". Срывает одежду, как птица перелетает через пери­ла, входит в воду прыжком три с половиной оборота без всплеска. Баттерфляем плывет спасать женщину, но, не доплыв пяти ме­тров, тонет.

На палубу, сморкаясь и харкая, выходит русский в промасленном ватнике, штаны на коленях пузы­рем. Расстегивает единственную пуговицу на ватнике, штаны па­дают сами. В семейных трусах, поеживаясь, переваливается че­рез борт и... сразу тонет.

Подвиг русского человека всегда прост и красив в своей простоте.

Манучар Мачаидзе


Купить в интернет-магазине OZON


Книги:
  Ссылка из этого текста "Митьки"
  Ссылка из этого текста "Про Северный полюс"
Мероприятия:
  "Про разведчика Рябова" Презентация издательского проекта М.Сапего и А.Флоренского "Про разведчика Рябова"
Персоны:
  Ссылка из этого текста Александр Флоренский
  Ссылка из этого текста Василий Голубев
  Ссылка из этого текста Владимир Рекшан
  Ссылка из этого текста Владимир Шинкарев
  Ссылка из этого текста Дмитрий "Митрич" Дроздецкий
  Ссылка из этого текста Дмитрий Шагин
  Ссылка из этого текста Михаил Сапего
Дополнительные ссылки:
  "Про разведчика Рябова" Михаил Сапего: "Красный матрос" - это я!



наша реклама
Белобров-Попов