|
Серия "ПРО..." - книга тринадцатая
По воспоминаниям Евдокии Петровны Оськиной (Самойловой) По воспоминаниям Евдокии Петровны Оськиной (Самойловой), записанным ее сыном Александром Федоровичем Оськиным.
Фотографии, документы, комментарии.
"Эта книга, выходящая в нашей исторической серии "Про...", логически продолжает тему, за которую мы взялись в 2003-м году, издав воспоминания себежской крестьянки Татьяны Сергеевны Михайловой. По жанру наша новая работа не является мемуаристикой в чистом ее виде, скорее это книга о книге. Дело в том, что к тому моменту, как в наши руки попал документ, легший в ее основу, он уже более двадцати пяти лет жил самостоятельной жизнью, обладая всеми признаками пусть небольшой по объему, но все-таки книги. Этот самиздатовский труд был отпечатан по всем правилам машинописи, тиражом в несколько десятков экземпляров, был снабжен иллюстрациями и имел оригинальное авторское название."
Михаил Сапего, Игорь Шушарин, Андрей Вершинин, Дмитрий Дроздецкий
"КРАСНЫЙ МАТРОС" благодарит:
ВАШТАЯ ВАДИМА МИРОНОВИЧА
ОСЬКИНА АЛЕКСАНДРА ФЕДОРОВИЧА
РОМАНОВУ ВАЛЕНТИНУ ПАВЛОВНУ
СЛУХОВА ВИКТОРА ГЕОРГИЕВИЧА
Участники проекта:
МИХАИЛ САПЕГО
ИГОРЬ ШУШАРИН
ДМИТРИЙ ДРОЗДЕЦКИЙ
АНДРЕЙ ВЕРШИНИН
Дизайн:
МИХАИЛ САПЕГО
Корректор:
СВЕТЛАНА ХИТУН
Фотографии:
ДМИТРИЙ ДРОЗДЕЦКИЙ
ИГОРЬ ШУШАРИН
МИХАИЛ САПЕГО
100 стр.
Тираж: 400 экз.
ISBN 5-7187-0736-7
"Красный Матрос" - книга девяносто пятая
Серия "ПРО..." - книга тринадцатая
Несчастный круглый мир
Деревней лучше любоваться на расстоянии
Сто с лишним лет назад наши интеллигентные соотечественники ездили в народ, чтобы его просветить. Теперь - чтобы просветлиться. Прекрасно изданная брошюра выполнена в духе с детства мною нелюбимой песни БГ про то, как стать ближе к земле. И это единственный минус книги.
Вкратце перескажу ее предысторию: на какой-то выставке с издателем Михаилом Сапего познакомился некто Вадим Ваштай и показал приобретенную по случаю машинопись "Ундозерского жизнеописания". В конце был указан телефон его составителя - Александра Федоровича Оськина, составившего "Жизнеописание" со слов своей матери. Михаил и его друзья решили разыскать Александра Федоровича, и, хотя надежды было мало (машинопись была сделана почти 20 лет назад, а Оськину по расчетам выходило около восьмидесяти), они с ним все-таки встретились. В итоге "Красный матрос" издал под одной обложкой само "Ундозерское жизнеописание", краткую автобиографию Александра Оськина, несколько фото из его личного архива плюс фотоотчет о "геройском марш-броске" Михаила Сапего со товарищи по маршруту Санкт-Петербург-Вытегра-Ундозерье-Вытегра-Санкт-Петербург.
Мотивацию этой поездки я себе вполне представляю, а вот смысла в ее включении в книгу, кроме как желания покрасоваться на фоне северорусских пейзажей, не вижу. И больно режут слова из песни Дюши Романова, которыми издательство ухарски завершает авторское предисловие: "Это твоя родина, сынок". Потому что устные мемуары Евдокии Петровны Оськиной, записанные ее сыном, - совсем не об этом.
Я прочитал их - не отрываясь и сожалея о том, что так мало, - как рассказ старого, где-то уже рядом со смертью находящегося человека о недолговечности всего хорошего и о старании отвоевать себе кусочек устойчивого быта в суровых природных и исторических условиях. Работа с малолетства, на праздник пироги с рыбой, постоянная угроза неурожая, чуть что - пожар, суровые деревенские нравы:
"Как-то ушли мы сено косить на Качозеро, а няньке надо было гулять по деревне. Чтобы ребенок уснул, додумалась облить его холодной водой. У Васи на воскресенье и голосок потух. Заболел дифтерией. Я няньке отказала:
- Если мать велит, то придешь обратно с матерью вместе.
Мать за тридцать километров пришла, а мой Васинька уже умер".
Щемящая история любви к солдату, подхватившему на фронте трахому и начинающему слепнуть еще до свадьбы. Тяжелая жизнь у мужниной родни. А через несколько лет после свадьбы и любовь начинает стираться:
Вспоминается все это бесстрастно и без надрыва - и подразумевает у читателя не этнографический, а жизненный интерес. "Ундозерское жизнеописание" - это "Война и мир", надиктованная Платоном Каратаевым. И оказывается она книгой кошмарной, хотя точнее будет сказать, что это книга о кошмаре, переживаемом как обыденность, - о мире с очень ограниченным количеством альтернатив, пусть и по-толстовски "круглом", но при этом давящем, ломающем и сводящем потихоньку с ума. О мире, которым лучше любоваться на расстоянии.
Поэтому, если уж я и поеду на некоторый срок в деревню - всякое может случиться, - то никаких иллюзий по поводу того, что происходит "ближе к земле", испытывать не буду. Впрочем, я определенно не считаю, что в городе - или где там? в Европе? на Сейшельских островах? - вольнее дышится. Колорит другой, а сюжеты все те же.
Василий Шевцов
НГ-Exlibris, 2007-04-12
|
